Марк Горенштейн: Государственный оркестр не должен играть по правилам чьей-то матери

В ГАСО им. Светланова разгорается скандал: многие музыканты категорически отказываются ехать на гастроли в Японию

image В мае Государственный академический симфонический оркестр (ГАСО) России имени Е.Ф. Светланова планирует отправиться с концертами в Японию. Коллектив не был там четырнадцать лет. И поэтому, и в связи с нынешней ситуацией в Японии эти гастроли оказались в центре внимания. И — в центре скандала…

Мы беседуем с художественным руководителем и главным дирижером Госоркестра народным артистом России Марком Горенштейном.

— Марк Борисович, существует история творческих взаимоотношений Госоркестра с японскими слушателями. Почему возникла 14-летняя пауза в гастролях?

— Эта история началась в шестидесятые годы прошлого столетия. Ситуация резко изменилась после конфликта между Светлановым и большинством музыкантов оркестра. В результате Великий Маэстро вынужден был уйти из коллектива, который он возглавлял 35 лет. Когда уже после смерти Евгения Федоровича я встретился с президентом «Japan Arts» господином Секитой, он заявил, что в память о Светланове возглавляемая им компания впредь никогда не будет организовывать туры Госоркестра в Японии, т.к. Светланов, стоявший у истоков творческих связей ГАСО и «Japan Arts», сделал очень много для прославления этого бренда. Никакие аргументы — например, что музыканты, виновные в уходе Светланова, больше не работают в коллективе, не помогли. Мы прилагали невероятные усилия, чтобы переломить ситуацию. Наконец оркестру удалось обрести партнера — телевизионную компанию TBS. Нам удалось договориться о туре: пять концертов пройдут под моим управлением, а еще пять — под управлением японского дирижера Томоми Нисимото.

Мы везем туда программы, составленные из сочинений Чайковского, Глазунова, Рахманинова, Шостаковича. Концерты пройдут в Токио, Осаке, два в Фукуоке и других городах. Хотим дать еще один благотворительный концерт, подобный тому, что состоялся 29 марта в Москве, в Концертном зале имени Чайковского. Тогда гонорар оркестра был перечислен в помощь пострадавшим от ужасного стихийного бедствия.

— Гастрольный тур будет проходить в то время, когда Япония оправляется от последствий трагедии… Пришлось ли столкнуться с трудностями в подготовке гастролей?

— Трагедия, произошедшая в марте, породила сомнения в возможности проведения этого тура. Мы добились включения в гастрольный контракт пунктов, призванных максимально защитить коллектив. Во-первых, если до дня нашего вылета в Японию там произойдет землетрясение силой свыше семи с половиной баллов по шкале Рихтера, это будет признано форс-мажорным обстоятельством. Если такое землетрясение произойдет во время нашего пребывания в Японии, принимающая сторона обязуется немедленно отправить нас в Москву. Мы ведем переговоры об организации питания с использованием экологически чистых продуктов и питья.

— Ходят слухи, что ситуация в Госоркестре в связи с приближающимся турне неспокойная…

— Да, это правда. И поэтому было проведено собрание коллектива. Я считал своим долгом успокоить музыкантов, объяснить, что наш гастрольный маршрут пролегает вдали от места трагедии и что ситуация в Японии нормализуется. Даже в Токио, наиболее близкой точке к «Фукусиме», радиационный фон в день нашего общего собрания был в норме. Кто-то услышал мои слова, кто-то нет, кто-то не захотел услышать. Двое вели себя вызывающе. Через несколько дней один из них принял решение об увольнении, другой — извинился. Но поскольку ситуация все же оставалась напряженной, через неделю мы провели голосование, чтобы представить реальную картину настроений в оркестре. Результаты — пятьдесят восемь голосов «за» и сорок восемь «против» — дали надежду. После чего я решил поговорить с каждым из оркестрантов, высказавшимся против, чтобы понять истинные причины отказа. Какие-то мотивы меня просто потрясли. Несколько музыкантов заявили, что им запрещают близкие. Но такая зависимость невозможна! Допустим, у меня есть работа, которая меня чем-то не устраивает, ну хотя бы по части выезда на гастроли, тогда я меняю эту работу, а не пытаюсь заставить коллектив играть по правилам моей мамы или моей жены.

К слову, на осень у нас запланирован тур по Испании, на территории которой уже несколько десятилетий действует террористическая организация «ЭТА». Если следовать вышеупомянутой логике, мы должны прежде справиться у родственников оркестрантов, можем ли мы повезти туда оркестр. Но это же полный абсурд! Семьдесят пять процентов «несогласных» после разговора со мной изменили свое решение, остальные заявили, что не примут участие в туре по Японии ни при каких обстоятельствах.

— Оцениваете ли вы связанные с этой историей «потери» в составе оркестра как критические?

— Мне безмерно жаль, когда люди, среди которых есть несколько первоклассных музыкантов, покидают коллектив в силу каких-то безумных, надуманных, соображений. Но это их право. Кстати, уже сейчас есть претенденты на освободившиеся места.

— В Японии сейчас очень трудные времена…

— Я убежден, что именно в это трудное время долг всех нормальных людей помогать оказавшимся в беде. Неважно, кто это — японцы, американцы, китайцы или россияне. Мы — население одной планеты. В Японию едут и дают там благотворительные концерты и Пласидо Доминго, и Зубин Мета и другие великие артисты. Так почему мы должны отказаться? Кроме того, Госоркестр представляет не только собственные интересы, но, извините за громкие слова, и интересы страны. На всех международных встречах и форумах самого высокого уровня он был и остается лицом российской симфонической культуры. И я уверен, что проведение этого гастрольного тура важно именно сейчас, в такое тяжелое для Японии время.

P.S. 18 апреля МИД РФ сделал официальное сообщение для СМИ «О ситуации в Японии», в котором, в частности, говорится: «С учетом мнения экспертной группы ФМБА (Федеральное медико-биологическое агентство) исходим из того, что противопоказаний в отношении поездок российских граждан в Японию с туристическими и иными личными целями не имеется, за исключением посещения пострадавших от стихии и техногенной аварии районов».

Беседовал
Виталий Назаров

21.04.2011

Источник: Новая газета

Один отклик на “Марк Горенштейн: Государственный оркестр не должен играть по правилам чьей-то матери

  1. Ситуация с отказом японской стороны в продолжении сотрудничества после ухода Светланова очень понятна тем, кто знает японцев.
    А вот ситуация с отказом музыкантов немного однобока описана. Мне рассказывали о том, что твориться за кулисами в симфонических оркестрах. Крепостное право отдыхает. Музыкантов всегда ставят перед условиями, которые они не смеют оспаривать — оркестров по пальцам пересчитать, а консерватории выпускают новых музыкантов на порядки больше, чем требуется в существующих оркестрах. Т.е за свои места музыканты держаться, хоть и получают копейки и вынуждены работать в изматывающем гастрольном графике. Например, несколько недель передвигаться в гастрольном туре в 2-х отдельных вагонах поезда, 2-й из которых оборудован душевыми, в которых напор воды есть только на уровне колен. Спать в обнимку с инструментом и пр. Репетиция-концерт-ночь в поезде. И это — ведущие оркестры, а не клубная самодеятельность.
    Человек должен иметь право на выбор. Он может бояться ехать в Японию, на что есть и объективные основания. И не подвергаться давлению руководителя с выяснением причин отказа. Или отстаивать свое право, рискуя на этом закончить свою карьеру?

Добавить комментарий