БОЖЕ, КАК ХОРОШО ЖИТЬ! [1]

Egorov2
Фото: Елена Кузнецова

Уважаемые читатели, представляем вашему вниманию интервью с И.А. ЕГОРОВЫМ, востоковедом-китаистом, переводчиком Мо Яня, Нобелевского лауреата по литературе 2012 года. После публикации на русском языке романов «Страна вина» и «Большая грудь, широкий зад», Игорь Александрович, то что называется, «проснулся знаменитым». Интерес к его переводческому стилю привел нас к знакомству с книгой Джеймса Клавелла [2] «Благородный Дом: Роман о Гонконге», вышедшей в переводе Игоря Александровича в 2006 г.

  • Игорь Александрович, в «Благородном доме» не раз упоминается наш город. Бывали ли у нас во Владивостоке?

Во Владивостоке я побывал лишь однажды, в 1995 году, переводчиком экспертов американской компании, которая собиралась купить лихтеровоз Дальневосточного морского пароходства «Алексей Косыгин». Впечатлений осталось немного, потому что работали в основном на судне или в пароходстве. Понравился старый центр города – Светланская и другие старые улочки.

  • Какие книги Дж. Клавелла Вы еще переводили, и как Вы считаете, опыт востоковеда-китаиста пригодился Вам при переводе?

1301297177_dzhejms-klavell-blagorodnyj-dom Переводил только «Благородный дом». По просьбе издательства просматривал перевод «Тайпэна» на предмет исправлений и предлагал издательству перевести роман заново, но они отказались. Переводить Клавелла лучше, конечно, человеку, который в теме. Чувствуется, что знания писателя обширны и многогранны и он старается подать их. И он очень внимателен к деталям, сценарист остается сценаристом, и повествование очень кинематографично. И насчет перевода. Да, "Благородному дому" повезло, что он попал в руки ко мне. Я много работал с английским, и у меня есть опыт издательского редактора. Насколько мне известно, подобное сочетание встречается не часто. Повезло, можно считать, и мне, это судьба, поэтому книжка и получилась.

 

  • Как происходит выбор автора для перевода, ведь Мо Яня Вы начали переводить до того, как он получил Нобелевскую премию?

К Мо Яню я пришел не сразу. Узнал, что он – военный, а вещи армейских авторов мне, мягко говоря, не нравились. Только после прочтения «Красного гаоляна», а особенно после «Страны вина» и «Большой груди» я понял, что это настоящая литература. Выбор автора у меня происходит интуитивно. Сказывается опыт работы редактором: я проработал семь лет в Ленинградском отделении издательства «Художественная литература», сначала старшим редактором, потом заведующим редакцией. Чистая мистика, как в случае с «Большой грудью» Мо Яня, когда на самых первых страницах строчки вдруг начинают мерцать каким-то серебристым светом – ага, настоящее! И я взялся за перевод романа, даже не прочитав его полностью.

 

  • Встречались ли Вы с Мо Янем лично и удалось ли поговорить с ним?

Да, я встречался с Мо Янем в августе прошлого года в Пекине на конференции переводчиков китайской литературы. Поговорить удалось, хотя такого краткого общения, конечно, крайне недостаточно. Но есть его книги. Мо Янь как-то заметил, что все, что он хочет сказать, можно найти в его книгах. Вот и продолжаю беседы с этим самобытным, глубоким, ни на кого не похожим писателем.

 

  • Ваш перевод Мо Яня невозможно оценить обычными эпитетами, потому что невозможно понять, как происходит это чудо: иероглифический текст из другого мира превращается в родной и знакомый, к тому же полный тонкой иронии, которая удивительным образом передана Вами.

Спасибо за оценку. Это чудо и для меня самого, поэтому сложно объяснить, как это получается. Могу раскрыть единственный секрет: стараюсь, чтобы перевод читался по-русски. Мне представляется, что это основное правило для успеха любого перевода.

 

  • Возможно, мне показалось, но в тексте Мо Яня немало от Л.Н. Толстого. Как Вы думаете, это возможно?

59747_10151544726482280_1947698697_n В произведениях Мо Яня усматривают влияние многих русских и зарубежных писателей, от Маркеса, Фолкнера и Кафки до Шолохова и Тургенева. Это вполне возможно, так как прежде, чем стать писателем, Мо Янь жадно читал – и китайскую классику, и переводы русской классической и советской литературы. а уже начав писать, знакомился с многочисленными переводами мировой литературы, которые стали появляться в Китае после начала реформ. Писатель много экспериментировал в поисках собственного стиля. Видимо, поэтому его причисляли и к так называемой литературе «авангарда», и к литературе «поисков корней». Но он сумел избежать подражательства и выработал свою неповторимую манеру письма, искусно соединив традиции и современность. Кстати, то, что в своей Нобелевской лекции он называет себя «сказителем», на мой взгляд, очень верная характеристика его письма.

  • Как Вы думаете, корректно ли сравнить «Благородный Дом: Роман о Гонконге» с книгой Марио Пьюзо «Крестный отец», ведь их объединяет верность семье?

Думаю, эти произведения сравнивать не стоит. Иэн Данросс всю жизнь готовился стать тайбанем, он очень многое воспринял от китайцев, и его восприятие семьи тоже китайское. К тому же, он – созидатель, для своей компании, конечно. Да, не сомневаюсь, что он может пойти на преступление, если потребуется, не зря в сейфе тайбаня лежит заряженный пистолет. Но, в основном, он передумывает конкурентов, а не перестреливает.

 

  • Некоторые читатели воспринимают «Благородный Дом» как учебное пособие по воспитанию лидерских качеств и ответственности в топ-менеджерах. Как Вам кажется, это верный взгляд из современного мира?

Да, у Иэна Данросса есть чему поучиться. Но нужно не забывать, что и сам Клавелл, и многие его герои прошли через страшную мировую войну. И эти нечеловеческие испытания помогли многим стать лучше, добрее и в то же время тверже, обрести готовность к испытаниям мирной жизни. Их тоже хватает и сейчас, но в наше время сравнить их не с чем, да и жизнь стала несравнимо комфортнее. А инфантилизм и нежелание брать на себя ответственность свидетельствуют лишь об отсутствии четкого мировоззрения, жизненной философии, выработать которые позволяют лишь испытания. В романе не зря уделяется столько внимания «Искусству войны» древнекитайского стратега Сунь-цзы. И политика, и экономика – это продолжение войны мирными средствами. Поэтому стоит изучить и Сунь-цзы и не забывать «Помни войну» адмирала Макарова.

 

  • В «Благородном Доме» автор четко определяет отношение китайцев к иностранцам как снисходительное. Тем не менее, при чтении не покидает чувство симпатии к китайцам, как думаете, это настоящее отношение Дж. Клавелла к Азии?

Снисходительное, я даже сказал бы, презрительное отношение китайцев, «цивилизованных людей» к иностранцам, «лаоваям», «варварам», которые не знают, как себя вести – традиционно, и от этого разрыва между западной и восточной культурой никуда не деться. Если, конечно, не пытаться это непонимание преодолеть, учась друг у друга и изучая традиционные культурные особенности. Чувствуется, что Клавелл очарован Китаем и китайцами, отсюда и его симпатии к ним. Тем не менее, он остается европейцем и исповедует киплинговское «бремя белых». Несмотря на свои обширные познания в истории и традициях Азии, Клавелл — все же выразитель типичного западного взгляда на Азию и азиатов. И на Россию тоже. Отсюда его и привлекательность, и непривлекательность. Сужу по откликам читателей, далеко не всем он по вкусу.

 

  • У меня возникло ощущение от «Страны вина» Мо Яня, что эта книга в некотором смысле ответ на многочисленные вопросы иностранцев или стереотип, существующий за границами Китая, о том, что китайцы едят «все, что бегает».

IMG_2320 Можно воспринимать «Страну вина» и так. Но, думаю, автор ставил перед собой иные задачи. Как верно подметил один рецензент, это бурлеск, подобие средневековых шванков, карнавал с его изначальным «карне» — «мясо, плоть», где серьезное подается смешным и трагедия превращается в комедию. Верно и то, что его книги – в некотором роде кладезь сведений о китайских традициях и реалиях, в том числе и кулинарных. Он очень китайский писатель и пишет для китайцев. Или для тех, кто в той или иной мере знает особенности, традиции и условности Китая и Азии. Неподготовленному читателю приходится очень непросто с его текстами — насыщенными и замысловатыми, с множеством подтекстов и аллюзий.

 

  • Спасибо за комментарии во всех книгах: краткие, но ёмкие. Много ли времени у Вас тратится на поиск той ли иной информации для комментария?

Всякое бывает, случается искать и подолгу. Но в наши дни при наличии интернета переводить в этом смысле намного проще. Мне есть с чем сравнить, начинал я, когда не было ни текстов, ни электронных словарей и поисковых сайтов.

 

  • Название книги принято переводить в последнюю очередь. Как у Вас складываются отношения с названиями книг?

602485_10151734137217280_11689638_nЕсли вы имеете в виду шокирующее поначалу название «Большая грудь, широкий зад», у меня есть свои доводы в пользу именно этого варианта. Согласен, для читателя, знакомого с традициями китайской литературы, звучит вызывающе грубо. Даже уважаемый профессор Д.Н. Воскресенский, наш известный московский китаист, пытался в интервью китайскому телевидению предложить свой вариант названия, что-то вроде «Пышная грудь, широкие бедра». Однако, не следует забывать, что это Мо Янь, у которого всё «грубо и зримо», что это китайская деревня, где нет «розовоперстых эос», что это роман о великой Матери, которая выкормила большой и щедрой грудью детей – своих и чужих — и выстояла во всех трагических испытаниях жестокой и кровавой китайской истории. Сам Мо Янь признавался, что к этому названию он пришел, увидев древнюю статуэтку, нечто вроде наших «каменных баб», символ плодородия и материнства.

 

  • Как Вы считаете, должен ли дизайнер-оформитель переведенной книги следовать советам переводчика?

Да, художнику книги стоит прислушаться к мнению переводчика, даже если художник прочел книгу не «по диагонали». Но в наши дни такого нет. Даже в договоре издательство прописывает свое право на оформление, в том числе «из коммерческих соображений», ведь книгу продавать им.

 

  • Каких еще китайских авторов Вы переводили, переводите? Что советуете почитать?

У меня есть переводы Су Туна, Би Фэйюя, Юй Хуа, Оуян Сяньцэня и других. К сожалению, переводов современных китайских писателей на русский язык пока очень немного. Среди прочих рекомендовал бы роман Цзян Жуна «Тотем волка». В романе рассказывается про жизнь в степях Внутренней Монголии, он изобилует подробностями об образе жизни степных волков и их значении для сохранения экологического баланса в природе. Представляют интерес и рассуждения автора, сравнивающего монголов с волками – отсюда победы Чингис-хана, — а китайцев – с овцами. Правда, к сожалению, перевод романа трудно назвать удачным.

 

  • Есть ли у Вас любимые переводчики с какого либо языка?

Прекрасных переводчиков много, назову навскидку: Михаил Лозинский, Нора Галь, Михаил Гаспаров, Григорий Кружков, Анатолий Гелескул, Михаил Донской. Например, блестящий перевод Донского:

ФРАНСИСКО ДЕ КЕВЕДО (1580–1645)

ПРОТИВ БЕЗУДЕРЖНОЙ ПОЭТИЧЕСКОЙ ЛЕСТИ

Чтоб воспеть улыбку милой,
Жемчуг песнопевцу нужен:
Как же он прославит зубки,
Не упомянув жемчужин?
А вот зубы коренные,
Не в пример передним, нищи,
Хоть на них лежит забота
Пережевыванья пищи.
В мадригалах и сонетах
Непременнейшие гости
Перламутровые ушки,
Носики слоновой кости.
Чем же провинились локти,
Что о них молчат поэты?
Челюсти, виски и скулы
Тоже вовсе не воспеты.
В виршах множество сравнений
Для слезинок вы найдете,
Но не сыщете полслова
О слюне и о мокроте.
Если дева плачет – бисер
И роса идут тут в дело;
Ну, а что мне надо вспомнить,
Если милая вспотела?
Кудри – золото; но если,
Веря стихотворной справке,
Локон я подам меняле,
Выгонят меня из лавки.
Были женщины из мяса
И костей; теперь поэты
Видят розы в них и маки,
Лилии и первоцветы.
Эх, зеленщики-поэты!
Женщинам вы не польстили,
Прелести их воспевая
В этом травянистом стиле.
Нет, с кораллом целоваться
Было б делом невеселым,
Так же, как лобзать гвоздики
Сладостно лишь разве пчелам.
Очи зарятся на деньги,
А уста подарков просят,
И, однако, виршеплеты
Без конца их превозносят.
А ведь есть тихони-бедра,
Есть бессребреницы-ляжки,
Коим не присущи зависть
И спесивые замашки.
Вот кому за бескорыстье
Посвящать должны поэты
Оды, стансы, и канцоны,
И романсы, и сонеты.
А рубинам ненасытным
И сапфирам завидущим
Лишь презренье вместо гимнов
Пусть достанется в грядущем.
Алчные уста, о коих
Приторный несете вздор вы,
Называть бы надлежало
Устьями бездонной прорвы.
Глазки, в коих блещет жадность, –
Это язва моровая,
Зубки, рвущие добычу, –
Хищная воронья стая
Разорительны прически,
Так что волосы – Бог с ними –
Даже черные как сажа
Могут зваться золотыми.
Знай, слагая гимны зубкам,
Не вкусишь ты жизни мирной:
Тощей стервой поперхнешься
Или будешь съеден жирной.


заглавие — БОЖЕ, КАК ХОРОШО ЖИТЬ! [1]

[1] «Данросс стремительно вылетел на Пик-роуд. Он ехал домой, машин было не так много, и двигатель приятно урчал. Внезапно ему что-то пришло в голову, и он свернул в другую сторону, заехал на смотровую площадку Пика, вышел и встал там в одиночестве у перил.

Гонконг заливало море огней. В Коулуне с ярко освещенной взлетной полосы взмыл еще один реактивный лайнер. Сквозь высокие облака виднелись редкие звезды.

— Боже, как хорошо жить…»

(Джеймс Клавелл, Благородный Дом: Роман о Гонконге, Т.3., с. 728, пер. И.А. Егорова)

[2] Информация о Джеймсе Клавелле

Приобрести книги в переводе И.А.Егорова:

 
OZON.ru - Книги | Благородный дом. Роман о Гонконге | Джеймс Клавелл | Noble House: A Novel of Contemporary Hong Kong | | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-367-00805-0, 0-440-16484-2

OZON.ru — Книги | Благородный дом. Роман о Гонконге | Джеймс Клавелл | Noble House: A Novel of Contemporary Hong Kong | | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-367-00805-0, 0-440-16484-2

OZON.ru - Книги | Страна вина | Мо Янь | Jiuguo | Будущие нобелевские лауреаты | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-367-02229-2

OZON.ru — Книги | Страна вина | Мо Янь | Jiuguo | Будущие нобелевские лауреаты | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-367-02229-2

OZON.ru - Книги | Большая грудь, широкий зад | Мо Янь | | Нобелевская премия 2012 | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-367-02653-5, 978-5-4357-0164-7

OZON.ru — Книги | Большая грудь, широкий зад | Мо Янь | | Нобелевская премия 2012 | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-367-02653-5, 978-5-4357-0164-7

OZON.ru - Книги | Последний император | Су Тун | My Life as Emperor | Исторический роман | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-17-050484-8, 978-5-9725-1172-3

OZON.ru — Книги | Последний император | Су Тун | My Life as Emperor | Исторический роман | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-17-050484-8, 978-5-9725-1172-3

OZON.ru - Книги | Луна на дне колодца | Су Тун | | Семь ступений возрастания | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-91962-006-8

OZON.ru — Книги | Луна на дне колодца | Су Тун | | Семь ступений возрастания | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-91962-006-8

Похожие записи:

  • ЛЮБОЙ РЕБЕНОК — ЧЕЛОВЕК
    марта, 29, 2016 | Интервью Литература |
    Бывают такие книги, где форзац вызывает интерес не меньший, чем сама книга. На форзаце книги «Взгляд кролика» были перечислены несколько организаций и активистов, благодаря которым стал возможен ее выход. И всё в этой книге было неожиданным, начиная с самого названия. Словосочетание «Взгляд кролика» вызывал какие-то смутные ассоциации с гипнозом, а оказалось всё гораздо умнее. Оказалось,
  • Дмитрий Коваленин: Мураками — это лечащий врач
    апреля, 7, 2011 | Интервью Литература |
    Где живет переводчик, прозаик, эссеист Дмитрий Коваленин, возможно, не знает точно и он сам. Уроженец Сахалина, Коваленин учился во Владивостоке — на Восточном факультете ДВГУ, практиковался в хабаровском «Интуристе», много лет провел в Японии, работая в порту Ниигата судовым агентом. Итогом стала не только замечательная книга «Коро-Коро. Сделано в Хиппонии» самого Коваленина (всем рекомендую), но
  • BOOK CLUB (3)
    июля, 24, 2018 | Литература |
    Инструкция по прохождению стен
    Книги прошедшего полугодия подобрались друг к другу по содержанию как карты одной масти в колоде – мечта страноведа. Что ни книга, то экскурс в национальный менталитет или попытка преодолеть стену, сложенную из плотно подогнанных стереотипов о других и о себе. Надеюсь, наши встречи тоже помогают одолевать подобного рода преграды. Хотя, с другой
  • BOOK CLUB (1)
    июня, 9, 2017 | Литература |
    Торговлю — в online, культуру – в offline
    С января 2017 г. Японский центр решился организовать book club – книжный клуб для всех, кто интересуется Японией и всем тем, что пишут о ней сами японцы и иностранцы, живущие в Японии, а также японцы, живущие за пределами своей страны, ну и опять же иностранцы со всего мира.
  • СОЗНАТЕЛЬНЫЕ ПУТИ К ВРАТАМ БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО
    января, 6, 2013 | Интервью Театр |
    В январе 2013 г. исполняется 150 лет со дня рождения К.С. СТАНИСЛАВСКОГО, актера, режиссера, великого реформатора театра. Мы не смогли остаться в стороне от этой даты, нам – переводчикам-востоковедам — близко то, что переживают актёры, выходя на сцену. Существует ли техника подготовки внутреннего состояния переводчика сродни той, какой обладает актёр перед выходом на сцену? Можно

Отклики на “БОЖЕ, КАК ХОРОШО ЖИТЬ! [1]”: 7

  1. Анастасия

    Очень интересное интервью с необычайно интересным Человеком! Спасибо! Книги еще не читала, но появилось огромное желание. Еще раз спасибо!

  2. Lelishna

    Спасибо, приятно прочесть о работе настоящего профессионала! В последнее время в стране развелось много пиар-переводчиков, на деле оказывающихся пустышкой. Здесь — настоящий профи. Удачи и здоровья! Радости от творчества, удачи в поиске интересных и увлекательных книг! С уважением, Л.

  3. альфред собакин

    Хочу внести маленькую ложку дёгтя… Иностранные языки теперь знают многие, но не все обладают способностью прочувствовать текст и адекватно передать его на другой язык. Ложные друзья переводчика, многочисленные «подводные камни», всевозможные лингвистические и страноведческие несоответствия определяют качество перевода. Дьявол кроется в деталях. Нюансы перевода оставляют послевкусие — приятное, или нет. В «Стране Вина» слишком много небрежного отношения к русскому языку, которые бросаются в глаза человеку воспитанному на классической русской литературе. Корявые предложения, новояз — показывают бессилие автора перед текстом. Особенно хочется отметить несоответствие названия книги её смыслу. Jiu Guo — это либо водочная страна, либо страна винокурения, либо самогонщики…. В Китае занимались перегонкой спирта, делали то, что мы называем водкой, но никак не вином. Сразу возникает отторжение от текста — речь идёт не о Франции, а о Китае — при чём тут вино?
    В нюансах заключается мастерство перевода….

  4. Майорова Татьяна

    Спасибо за интересное интервью…. «Красный гаолян» до сих пор вспоминаю с большим удовольствием…

  5. Альфред Собакин

    Красный гаолян — великолепный фильм, НО только благодаря гениальной работе оператора.

  6. Sinoeducator

    Не соглашусь с альфредом собакиным: традиционно и литературно (в поэзии и поэтике) как раз и принято «вино» применительно к китайским алкогольным напиткам разнообразной крепости. А вот разъяснения, что это, мол, «о китайской водке речь — полученной методом перегонки из гаоляна или риса» как раз опускают нас на уровень банальной бытовухи. Хоть они технологически и совершенно корректны 🙂

  7. Альфред Собакин

    Не соглашусь с уважаемым китаеведом. Дело в том, что вся проза Мо Яня это и есть бытовуха, обыденная жизнь простого народа, грубая и неприкрашенная. Употреблять «вино» вместо «самогонка» — это всё равно, что рассказывать анекдоты высокопарным штилем 18 века. Должно быть чувство меры. Мы говорим, кстати, о качестве перевода, а не об условностях, принятых в некоторых академических школах . Ну и совсем уже разойдусь — о чём можно говорить, о каком качестве науки в нашем университете, если до сих пор нет своего учебника китайского языка? Некому….грустно. Так что, уважаемый educator, меньше витайте в облаках -читайте Мо Яня в оригинале, тогда поймёте…

Добавить комментарий